«Панямонь». Столбцы. Еврейский след (продолжение)

Важное Год малой родины

В прошлом году наш город посетил Леонид Смиловицкий. Он заинтересовался историей еврейской общины в Столбцах. В итоге в Израиле вышел его очерк в еженедельнике «Мост» под названием «Столбцы». Предлагаем нашим читателям, всем, кто интересуется прошлым малой родины, отрывки из книги Л. Смиловицкого «По следам еврейских кладбищ Беларуси».

(Продолжение. Начало в № 12 от 16 февраля 2019 года)

Леонид Смиловицкий, доктор исторических наук, старший научный сотрудник Центра диаспоры при Тель-Авивском университете

Гибель общины

К июню 1941 г. в Столбцах проживало не менее трех тысяч евреев, включая несколько сотен беженцев из Польши. Немецкие войска заняли город 28 июня 1941 г. Многие дома в Столбцах были разрушены в результате немецкой бомбардировки. Люди бежали от войны.

Нацисты не скрывали своего отношения к евреям с первых дней оккупации. В считанные дни немецкие власти ввели режим принудительного труда для евреев в возрасте от 12 до 60 лет, была создана белорусская полиция. Было проведено четкое разграничение между евреями и белорусами, которых оккупанты обещали не трогать, если не будет сопротивления.

Через неделю нацисты расстреляли около 200 евреев и несколько десятков заложников из белорусов и русских. Это была кара за снайпера, стрелявшего в немецких солдат. Вскоре начался грабеж евреев. В июле было расстреляно 76 «богатых» евреев, у которых отобрали имущество и ценности. Еще через две недели был образован юденрат с требованием выплаты контрибуции (деньгами, золотом, а потом и мебелью, одеждой, постельным бельем и продуктами питания). Гетто в Столбцах возникло в конце августа 1941 г. Оно было переполнено, в одной комнате ютилось до 30 чел.

В ноябре 1941 г. нацисты начали расстрелы евреев в Новом Свержене, Мире и других близлежащих местах. Но в Столбцах акция массового уничтожения откладывалась. Летом 1942 г. пришло известие о восстании в соседнем Несвиже, и тогда в Столбцах тоже начали готовиться. Однако в конце июля 1942 г. 500 самых сильных евреев отправили на работы в Барановичи и Минск. В Столбцах оставалось еще не менее двух тысяч узников. Немецкая жандармерия тоже готовилась. 23 сентября 1942 г. она собрала полицейских из всей округи. Около 450 евреев были отправлены на свои рабочие места, а 750 женщин, детей и стариков были расстреляны. Другая часть узников (850 чел.) попыталась бежать и спрятаться. Из них 488 чел. погибли. Еще 350 евреев были убиты 11 октября. После этого деревянное ограждение вокруг гетто подняли на высоту до 2,5 м. В конце января 1943 г. в Столбцах оставалось еще около 200 евреев и 250 узников в Новом Свержене. 29 января почти двести евреев из Нового Сверженя совершили побег, когда узнали, что их собираются заменить белорусами. После этого 31 января были расстреляны последние евреи в Столбцах (254 чел.).

Выжили только те, кто смог бежать и которым посчастливилось присоединиться к партизанским отрядам в лесах на границе с Узденским, Копыльским районами и в Налибокской пуще (отряды братьев Бельских, Зорина и др.). Евреи из Столбцов воевали также в отрядах им. Суворова», «Мститель», «Комсомолец» и некоторых других.

Узники гетто в Столбцах на принудительных работах. Лето 1941 г.

Кладбище

Иудейское кладбище расположено на пересечении улиц Гагарина и Комарова и составляет по периметру 660 м. Это все, что осталось от некогда обширного некрополя в Столбцах (20%, по свидетельству местных жителей).

Сегодня кладбище огорожено декоративным металлическим забором.

Оно было основано в XVIII веке и прекратило свое существование к началу советско-германской войны. Единственный сохранившийся документ, который позволяет судить об этом, – запись в Хевра Кадиша (похоронное братство) о закрытии в 1768 г. старого кладбища в Столбцах как до предела заполненного. В 2007 – 2009 гг. «новое» кладбище было очищено и каталогизировано по всем правилам на деньги потомков выходцев из Столбцов, проживающих в Австралии. 176 надгробных камней (мацев) было поднято и прочитано. Перевод каждой надписи с иврита на английский язык, выполненный волонтерами с профессиональной точностью, – пример для подражания. У входа на кладбище на английском и белорусском языках установлены стенды с именами всех похороненных, которые удалось установить. Перевод с иврита на белорусский язык мацевы раввина Авраама Ицхака, сына Аарона из Столбцов (ум. 1903 г.), выполнил Давид Лисовский, уроженец Могилева, проживающий сегодня в Баварии.

Непосредственно к забору кладбища примыкает бывший деревообрабатывающий комбинат Столбцовского района. В настоящее время там небольшое, но современное предприятие.

На прощание я спросил Михаила Мацкевича и его друзей, Павла Савицкого и Дмитрия Савельева, что побудило их ухаживать за еврейским кладбищем, заниматься еврейской историей. И услышал в ответ, что причина простая: это часть истории их родного города и края. То же самое я услышал от Людмилы Назаренко, которая, по сути, стала современным летописцем еврейства родного края. Меня всегда очень трогает «свядомае» (с бел. – сознательное) отношение белорусов к истории.

История и культура не должны оставаться на обочине современной жизни. В сутолоке будней и ежедневных забот, как заработать на жизнь, накормить семью, обеспечить свою старость, обустроить мир, нельзя забывать о духовной стороне.

Память существует вне национальных границ. Ее нельзя запретить или отменить, она существует, пока живут люди, которые ей дорожат.



Tagged

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *